Неделя 5-я по Пятидесятнице

Перепечатка по благословению: архимандрита Романа Красовского,начальника Русской Духовной Миссии в Иерусалиме.

Неделя 5-я по Пятидесятнице

 

ImБеседа Святителя Филарета (Амфитеатрова), Киевского и Галицкого (+1857г.) в Неделю 5-ю по Пятидесятнице

И пришедшу Ему на он пол, в страну Гергесинскую, сретоста Его два бесна, от гроб исходяща, люта зело, яко не мощи никому минути путем тем. И се, возописта, глаголюще: что нам и Тебе, Иисусе Сыне Божий? пришел еси семо прежде времене мучити нас (Мф. 8, 28-29).
Укрощение волнующегося моря единым всемощным словом Иисуса Христа, хотя в великое привело удивление находящихся с Ним в корабле, но не произвело в сердцах их полной веры в Его Божество. В ужасе недоумении они вопрошали: кто есть Сей, яко и ветры и море послушают Его (Мф. 8, 27)? Спасителю Христу угодно было разрешить сие недоумение людей следующим за тем еще более чудесным действием Своего всемогущества, котором совершенно открывается Божественная власть Его над всеми тварями, как видимыми, так и невидимыми. Коль скоро вышел Он из корабля на берег, сретают Его два человека, одержимые бесами, над которыми они употребляли всю свою адскую лютость. Евангелисты особенно одного из сих несчас­тных описывают в самых ужасных чертах. Духи злобы изгоняли его от общества людей. Жилище его было в гробницах умерших. Никто не мог связать его. Многократно вязали его железными узами, но узы тотчас расторгались силою бесовскою. Никто из людей не мог проходить мимо жилища сих бесноватых, боясь быть растерзанным от их лютости. Но от одного присутствия Богочеловека, Господа нашего Иисуса Христа, лютость бесов укрощается, сила их исчезает. Связанные Божественною силою, подобна пойманным преступникам, они даже не могут и бежать и, что еще более, против воли своей исповедуют Его Божество. Что нам и Тебе, Иисусе Сыне Божий? пришел еси семо прежде времене мучити нас. Исповедание, конечно, не вольное, а потому и безполезное для нераскаянных духов зло­бы; но тем не менее оно открывает Божественную власть Иисуса Христа, Коего безпредельной премуд­рости свойственно и самых непримиримых врагов ис­тины часто употреблять для утверждения оной. Итак, верно апостольское слово: и беси веруют, и трепещут (Иак. 2, 19). Не безумнее ли же бесов те нечестивцы, которых лукавое сердце исполнено ядом неверия?..
Бяше же далече от нею стадо свиний много пасомо. Беси же моляху Его, глаголюще: аще изгониши ны, повели нам ити в стадо свиное. И рече им: идите. Они же изшедше идоша в стадо свиное; и се, абие устремися стадо все по брегу в море, и утопоша в водах (Мф. 8, 30-32).
Вот еще новое доказательство всемогущества Иису­са Христа, без попущения Коего духи злобы не имеют власти даже и над свиниями. Спаситель, изгнав их из человеков, попущает войти им в нечистых животных, как для того, чтобы чудо исцеления бесноватых сделалось более известным по всей стране той, так и для того, дабы показать, какое им приличествует место. А человек, созданный по образу и по подобию Бо­жию, был бы вовсе неприступен для них, ежели бы он сохранял всегда сердце свое чистым от всякой скверны греха. Но, произвольно оскверняя себя грехами, он часто унижает себя до того, что прилагается скотом несмысленным, и уподобляется им, по словам Писания (ср.: Пс. 48, 13.). Благоразумный христианин, конечно, извлечет из сего то для себя наставление, с каким неусыпным тщанием надлежит ему хранить даруемую благодатию крещения чистоту сердца от всякого греха, дабы оно всегда было жилищем Иисуса Христа, Святого и во святых почивающего. Чадца, говорит Апостол Иоанн, никто же да льстит вас. Творяй правду, праведник есть… Творяй грех, от диавола есть, яко исперва диавол согрешает. Сего ради явися Сын Божий, да разрушит дела диаволя. Всяк рожденный от Бога, греха не творит, яко семя Его в нем пребывает; и не может согрешати, яко от Бога рожден есть. Сего ради явлена суть чада Божия и чада диаволя (Ин. 3, 7-10). В чьем сердце еще живет и владычествует грех, тот еще не освободился от власти духа злобы, тайно совершающего в душе его пагубные свои действия. Посему-то Апостол Петр завещает верующим: трезвитеся, бодрствуйте, зане супос­тат ваш диавол, яко лев рыкая, ходит, иский кого поглоти­ти (1 Пет. 5, 8), — и поглощает тех несчастных, которые нечистою жизнию своею удаляют от себя Христа, Спасителя своего.
Пасущии же бежаша, и шедше во град возвестиша вся, и о бесною. И се, весь град изыде в сретение Иисусови; и видевше Его, молиша, яко дабы прешел от предел их. И влез в корабль, прейде, и прииде во свой град (Мф. 8, 33-34; 9, 1).
Иисус Христос, показав Божественную Свою власть над духами злобы и Свое милосердие над несчастными бесноватыми, по свойственной всеведе­нию Его премудрости, не остался долее в стране Гергесинской. Ибо видел, что жители ее, огорчившись потерею свиных стад и боясь, чтоб присутствие Его не причинило еще большего какого-либо ущерба их иму­ществу, просили Его удалиться от них. Люди такого свойства, которые столь презренные вещи предпочли самому Господу и Спасителю своему, конечно, не способны были слушать от Него проповедь Царствия Небесного. А потому Спаситель с Божественною кро­тостию и снисхождением, оставив им проповедниками о Себе исцеленных от беснования, Сам благоволил возвратиться на том же корабле во свой град Капер­наум, где откидал Его другой страждущий неисцель­ною болезнию.
И се принесоша Ему разслаблена жилами, на одре лежаща. И видев Иисус веру их, рече разслабленному: дерзай, чадо, отпущаются ти греси твои (Мф. 9, 2).
И между земными врачами искуснейшим почитает­ся тот, кто при самом начале врачевания больного узнает причину его болезни. Но взор земных врачей не проникает далее тела, одержимого недугом. А всевидящее око небесного Врача, Господа Иисуса, тотчас проникает в самый корень болезни разслаблен­ного, сокрытый в душе его, и, как бы оставляя без внимания его тело, врачует прежде его сердце от грехов, которые были причиною его разслабления. Со властию, единому Богу свойственною, Иисус Христос простирает к нему милосердый глас свой: дерзай, чадо, отпущаются ти греси твои. Конечно, милосердое око Спасителя видело глубокое сокрушение сердца сего разслабленного о грехах своих, Которого он не мог выразить языком своим; видело тот трепет души его, свойственный кающемуся грешнику, в котором он находился, колеблясь между страхом быть отвержен­ным от Господа за грехи свои и между надеждою получить исцеление от болезни своей. Посему-то Спаситель, тронутый и внутренним, и внешним его стра­данием, Творческим гласом Своим ободряет его и сперва возставляет разслабленную грехами и печалию душу его: дерзай, чадо, отпущаются ти греси твои.
Что может сравниться с тем милосердием Спасителя, которое подвигло Его при виде долговременной и отчаянной болезни разслабленного тотчас приступить врачеванию души его, исторгая самый корень его болезни? Но лукавое мудрование книжников и из сего действия благости извлекло для себя повод к порица­нию Спасителя и к обвинению Его в хуле на Бога.
И се нецыи от книжник реша в себе: сей хулит (Мф. 9, 3). Кто может оставляти грехи, только един Бог (Мк. 2, 7.)?
Очевидно, что сии книжники не по ревности к славе Божией, а по зависти к Спасителю произнесли тайне сердец своих сей неправедный на Него суд. Но Спаситель и самое лукавство их обращает в случай открытию пред всеми Своего всеведения.
И видев Иисус помышления их, рече: вскую вы мыслите лукавая в сердцах своих? Что бе есть удобее рещи: отпушяются ти греси, или реши: востани и ходи? Но да увесите, яко власть имать Сын человеческий на земли отпущати грехи: (тогда глагола разслабленному): востани, возми твой одр, и иди в дом твой. II востав, взем одр свой, иде в дом свой (Мф. 9, 4-7).
Видеть помышления сердечные свойственно едино­му токмо Богу. Глубоко сердце человеку паче всех, говорит пророк, и человек есть, и кто познает его? Аз Господъ, испытуяй сердца и искушаяй утробы, еже воздати комуждо по пути его, и по плодом изобретений его (Иер. 17, 9-10). И потому, ежели бы сердца книжников не были ослеплены завистию и заражены лукавством, конечно, из слов Спасителя, тотчас открывшего сокровенные мысли их, могли бы узнать, кто он, и что Ему, яко Сердцеведцу, суще­ственно принадлежит власть отпущать грехи челове­кам. Но чтобы самым делам еще более открыть им свойственную Ему власть сию, Спаситель такое явля­ет доказательство Божества Своего, сокрытого под покровом человеческого естества, которому они никак не могли противоречить. Он говорит им: что легче сказать: отпущаются тебе грехи? или сказать: востани и ходи? Но дабы вы знали, что Сын человеческий, Бог во плоти, имеет власть на земле отпущать грехи, обратившись к разслабленному, сказал: востани, возми твой одр и иди в дом твой; и, по глаголу Его всемо­гущества, разслабленный, не имевший дотоле почти никакого движения, которого четыре человека на одре принесли к Спасителю, сам собою востает, сам берет свой одр и без помощи других возвращается в дом свой, нося в душе своей радость об исцелении души и тела своего и залог вечной жизни.
Видевше же народи, чудишася, и прославиша Бога, давшаго власть таковую человеком (Мф. 9, 8).
Ослепленные завистию книжники и после таковых действий всеведения и всемогущества Иисуса Христа не хотели видеть в Нем Спасителя своего; но простой народ, хотя еще не мог видеть сокрытого в Нем Божества, по крайней мере, в простоте сердца удив­лялся и прославлял Бога, Которому единому свой­ственно творить таковые чудеса.
Мы же, братие, верующие в Господа и Бога наше­го Иисуса Христа, не будем останавливаться на одном хладном и безплодном удивлении чудесам Его, свой­ственном тогдашним иудеям, но извлечем из сего на­ставление для душ наших. Разслабленный, не могший сам собою двигаться с места, но лежавший на одре полумертвым, есть точное изображение души грешника, который хотя имеет жизнь плотскую, но для жизни духовной, для истинного благочестия, для доб­родетели и святости, свойственных христианину, не имеет ни сил, ни бодрости. Смертоносная сила страс­тей и грехов подавляет в нем семя истинной жизни, всеянное в сердце его благодатию Святаго Духа в купели крещения. Подобно разслабленному, он лежит на одре безпечности о своем спасении и бывает тем еще несчастнее, что часто не чувствует опасности низвергнуться в бездну вечной духовной смерти. Раз­слабленный, конечно, с одра болезненного переселился бы во гроб, нося в душе своей смерть духовную, если бы Промысл Отца Небесного не послал ему на помощь четырех сострадательных людей, которые при­несли его к милосердому Врачу душ и телес наших, Господу Иисусу. Равным образом безпредельное ми­лосердие Божие печется и о спасении всякого грешни­ка, не хотя да кто погибнет, но да вси в покаяние приидут (2 Пет. 3, 9). Для обращения грешников Господь иногда посылает служителей слова Божия, иногда посещает бедами и болезнями телесными и другие безчисленные подает средства, единой премудрости Его известные. И сча­стлив тот грешник, который, обратившись, прибегнет с верою к Господу Иисусу в молитве покаяния и приидет в умиление и сокрушение о грехах своих, подобно разслабленному! Всемогущий и всеблагий Врач душ и телес тотчас произнесет к нему милосер­дый глас Свой: дерзай, чадо, отпущаются ти греси твои… Востани спяй, и воскресни от мертвых (Еф. 5, 14.).
Разслабленный, в доказательство отпущения гре­хов и исцеления души и тела своего по глаголу Господа, тотчас встал, взял свой одр и возвратился в дом свой. То же самое совершается и в душе грешника после истинного его покаяния. Несомнительный знак отпущения грехов его есть тот, когда он действительно ощущает в душе своей перемену и из состояния сла­бости духовной переходит в состояние силы и крепо­сти ходить непреткновенно путем заповедей Евангель­ских; когда душа его, дотоле обладаемая плотию и порабощаемая страстями, с помощию благодати Бо­жией побеждает страсти и господствует над плотию; когда он из состояния разсеянности по суетам мира сего возвращается во внутренность сердца своего и всячески блюдет оное от прежних греховных скверн, дабы оно было чистым и святым храмом Господу Иисусу,
Тщательно примечайте, братие, сии признаки ис­тинного покаяния, когда вы приносите его Богу при свидетельстве и содействии служителей Его. Если после покаяния не обращаемся мы к прежней разсеян­ности сердец наших, то мы истинно покаялись. Но если и после покаяния мы остаемся такими же, какими были прежде, то это верный знак, что мы еще никогда истинно не каялись, еще лежим на одре безпечности о спасении душ наших.
Боже, Спасителю наш! все мы пред Тобою греш­ники, обрати и на нас милосердое око Твое. Даруй сердцам нашим умиление и сокрушение о грехах на­ших. Возглаголи к слабым душам нашим Твое всемо­гущее: востани! да ходим непреткновенно во свете заповедей Твоих, и сподобимся все внити в вечные обители жизни, блаженства н славы Отца Небесного, уготованные Тобою всем, возлюбившим явление Твое. Аминь.

2Беседа Святителя Макария (Невскаго), Митрополита Московскаго и Коломенскаго (+1926г.) в неделю 5-ю по Пятидесятнице

Аще исповеси усты твоими Господа Иисуса и веруеши в сердце твоем, яко Бог Того воздвиже из мертвых, спасешися. (Римл. 10, 9).
Смысл этих слов Апостола, сегодня читанных, заключает в себе учение об оправдании верою в Господа Иисуса Христа. Если устами твоими будешь исповедывать Иисуса Господом, и сердцем твоим веровать, что Бог воскресил Его из мертвых, то спасешься.
Итак, для спасения души нужно иметь в сердце веру в Господа Иисуса Христа и эту веру не только хранить в сердце своем, но исповедывать ее устами, т.-е. открыто, не стыдясь никого и ничего, говорить о том, в Кого и как мы веруем. — Что может быть легче этого для желающих спасти душу свою? Веруй всем сердцем в Господа Иисуса Христа, не стыдись этой веры, а говори о ней пред другими, — и спасешься. Что же: значит ли это, что дел уже и не нужно? Ужели после того, как возымел кто веру в Господа Иисуса, тому не нужно уже ни постов, ни молитв, ни хождения в церковь, ни говения, ни исповеди, ни милостыни, как толкуют это некоторые сектанты, штундисты, баптисты и другие им подобные? Отнюдь нет. И вера нужна и дела нужны!.. Одна вера без дел не спасет человека; и одни дела без веры не спасут его.
Закон был дан Богом чрез Моисея народу иудейскому. Этот закон состоял из многих правил об обрезании, об омовениях, о жертвах, о праздниках, о пище, и т. п. Давая этот закон, Бог повелевал народу чрез Моисея соблюдать все эти правила: кто будет исполнять все, сказанное в законе, тот спасется, но проклят всяк, кто не исполняет всех заповедей закона.
Закон Моисеев был столь тяжек, предписаний его было столь много, что никто не мог исполнить всего, что требовалось, поэтому все находились под клятвой.
Тогда Бог послал Сына Своего, Господа нашего Иисуса Христа, Который, принявши на Себя человеческое естество, исполнил весь закон, а за виновных в нарушении этого закона дал выкуп, предавши Себя на страдание и смерть. Он, Невинный, стал как бы виновным и пострадал, чтобы даровать оправдание истинно виновным нарушителям закона. Сохранивши, таким образом, искупление, Господь Иисус Христос даровал спасение не только иудеям, но и язычникам. Этот новый способ спасения, есть вера в Искупителя. Дверью к этому спасению через веру служит крещение, а после крещения чрез другия таинства верующим даруется та спасительная благодать, которая способствует совершать свое дело спасения, чрез исполнение заповедей Христовых.
Подумает кто-либо: зачем же опять заповеди? Сказано, что если будешь исповедывать Иисуса Христа Господом, и сердцем твоим веровать, то спасешься. К чему же еще эти посты, молитвы, милостыни и прочия дела?
Дела нужны, как свидетельство о том, что ты уверовал всем сердцем, и делами, как устами говоришь, что ты не только уверовал в Господа, но и возлюбил Его, как и Он тебя, и желаешь подражать Ему во всем, исполнять все, что Он повелел. Он положил душу Свою за нас, и мы готовы положить души свои за Него; Он был кроток и смирен, и мы желаем подражать Ему в этом. Он постился и молился, и мы стараемся так же делать. Но при всем том у нас многаго еще недостает, чтобы исполнить все повеленное нам, и мы признаем себя неключимыми рабами. Но хотя мы и считаем себя грешниками и сокрушаемся о том, но не отчаяваемся в своем спасении: чаем спастись чрез Христа Спасителя нашего, давшаго за Нас выкуп — кровь Свою, веруем, что кровь Его очищает грехи не наши только, но и всего мира; мы уповаем, что недостающее в нас Он восполнит Своею благодатию, мы молим, чтобы вера наша довлела вместо всех, т.-е. удовлетворила за все недостатки наши, чтобы она дала ответ за наши поступки, чтобы она оправдала нас пред правосудием Божиим.
Итак, для спасения нужна прежде всего сердечная вера в Спасителя, умершаго за нас и воскресшаго. Вера должна сопровождаться любовью к Спасителю: любовь не выражается в исполнении заповедей. Аще любите Мя, заповеди Моя соблюдите, говорил Господь. А заповедь же Его заключается в слове — «Люби». Люби Господа Бога паче всего, и люби ближняго своего, как самого себя.

3Слово Митрополита Антония (Блум), Сурожского (+2003г.) в неделю 5-ю по Пятидесятнице

Исцеление гергесинских бесноватых (Мф. 8, 28-9, 1)
«Уйди, уйди от нас, уйди из наших пределов!» — говорил народ, который предпочел то, что ему было дорого: богатство, стада, невзволнованность жизни здравию, исцелению человека; уйди — Ты у нас отнимаешь то, что нам дороже человека… Уйди от нас, — говорил Великий Инквизитор, — Ты нам мешаешь строить земное добро, мешаешь обеспечить счастьем безмолвное, безответственное стадо; уйди! Ты им открываешь пути, по которым им слишком трудно будет идти… Уйди от нас! — говорили вожди еврейского народа перед лицом Пилата — а раз Ты Сам не уходишь, пусть сила земная, грубая сила нас от Тебя избавит… И к Пилату обращались со словами: Распни, распни Его, — чтобы не звучала больше на наших улицах эта страшная проповедь о безусловной, крестной любви, это безумие о кротости и смирении, самоотречении, любви, отдающей все; потому что ничего нет более ценного, нежели человек…
И через всю историю звучит этот крик: Уйди! Ты стоишь на нашем пути к благополучию, к беспечности, к забвению… Это говорит через всю историю человеческий род. А мы? Неужели мы единственные, с небольшой горсточкой учеников, этого страшного слова, прямо или косвенно, никогда не говорим и никогда не сказали? Вспомним притчу Христову об овцах и козлищах: разве не приходил к нам человек в нужде, и разве мы не говорили ему «Уйди!»? Человеку нечего было надеть, но мы ему отвечали: Поношенного у меня ничего не осталось, а нового, хорошего, я тебе, конечно, отдать не могу — уйди!.. Не подходил ли к нам нищий на дороге, и не отвечали ли мы ему, держа в сумке купленную еду: Я истратился, не могу тебе дать ничего… Из сумки мы ничего не вынули, из кошелька ничего не дали; сказали: Уйди… Или просто, что, может быть, еще страшнее, нарочно его не увидели, прошли мимо, скользнули взором, так что он знал, что мы его видели, но что он для нас не существует; из бытия прогнали его в небытие… Бывает, что и вор, и преступник постучится в нашу дверь: я прямо из тюрьмы, мне нужно немножко денег, мне надо одеться, чтобы найти работу… И сколько раз такой человек слышал от мнимого верующего: С такими, как ты, я не общаюсь, — уйди!.. Сколько раз бывало, что надо было в больнице посетить больного — но нет! — там можно заразиться, туда лучше не идти! Пусть он идет своим путем — а с моей дороги уйдет!..
Так было когда-то, когда в декабрьскую ночь пожилой мужчина, который вез с собой молодую беременную Мать, стучался во все двери вифлеемские; ни одна дверь не открылась: у нас тихо, у нас тепло, мы собрались семьей — чужой нам не нужен; ищи другого пристанища, уйди в ту пещеру, в загон, где бедняки держат своего вола, осла: от нас уйди!..
Сколько раз бывало в жизни каждого — в моей и вашей, — что человек с горем приходил, когда у нас на душе была весна, и ему говорилось: Уйди, не отравляй нашу радость! В нашем доме брак, в нашем доме именины, в нашем доме ликование — не омрачай этой радости: так мало ее бывает!.. А бывает, что человек придет в дом горя, и ему скажут: Уйди! У нас темно, и у нас горя вдоволь — не прибавляй, чаша полна, через край переливается — уходи от нас!..
И так можно было бы образов, примеров дать без конца, не из чужой жизни — из своей, из моей, из вашей… И так поступили со Христом; а Спаситель не сказал ли нам: Что вы сделали одному из малых сих, вы сделали Мне?.. Значит, мы Ему говорили: Уйди! Ты нас лишаешь того, что нам дороже Твоего присутствия и тех, кого Ты так возлюбил, что Ты за них отдал Свою жизнь, Свою страшную Гефсиманскую ночь, Свое телесное распятие, оставленность Богом на кресте; все это мне нипочем: Ты их так любишь — не я…
Мы не говорили: «Распни, распни Его», но разве, когда человек умирает от голода, когда человек истосковался в одиночестве, когда он брошен, когда ему места нет среди людей, как Христу не оказалось места даже умереть в граде Иерусалиме, — разве это не прикованность ко кресту, не распятость, не смерть оставленности, медленная, порой горькая смерть, когда раньше тела умрет вера в человека и вера в Бога, умрет и погаснет надежда, потускнеет и умрет любовь…
Вот о чем говорит эта такая привычная нам притча; весь этот рассказ ведет к тому, что сказано было Христу в момент, когда Он явил Свое сострадание, и милосердие, и любовь, и Божественную силу: Уйди, Ты у нас отнимаешь земное, а небесного нам не нужно… Вспомним слово Спасителя и опомнимся: Ищите прежде Царствия Божия — и все приложится; и именно приложится: не отнимется, но найдет свое место там, где небо на земле, и будет тогда полнота. Аминь.
19 июля 1981 г.

4Слово Святаго Праведного Алексия Мечева, Пресвитера Московскаго (+1923г.) в неделю 5-ю по Пятидесятнице

ДУХОВНОЕ ПОМРАЧЕНИЕ

В чтомом ныне Евангелии рассказывается об исцелении двух бесноватых, живших на городском кладбище и до того свирепых, что никто не смел проходить вблизи их. Этим исцелением человеколюбивый Иисус оказал благодеяние благодеяние как самим бесноватым, так и жителям той страны, избавив их от злобы этих бесноватых. Между тем гергесяне, избавившиеся от страшных бесноватых, вместо благодарности Спасителю за Его благодеяние, попросили Его удалиться из их страны.
Други! Такое недостойное поведение гергесинцев обличает мрачную и злую душу их, полнейшую безчувственность. Видно, что гергесяне не уразумели спасительного для них посещения Божия: над ними тяготел мрак духовного помрачения. В чем же обнаруживается оно? В непонимании духовных нужд, выходящих из круга обыденныхжитейских потребностей. В пределах гергесян воссиял Свет великий, явился Христос и Своим чудом показал, кто Он и как Его нужно встретить. Они сами видели исцеленного бесноватого и могли убедиться в истине, но они не поняливсей важности этого события. Чудо Спасителя должно было вывести гергесинских жителей из их обыденного образа жизни, из этой мертвой тишины, пробудить их от греховной безпечности, но их духовное помрачение не желает этого, несмотря даже на чудеса, оно страшится света и старается закрыть глаза от его благодатных лучей. Жалость о понесенной потере (стадо свиней) закрывает их духовные очи от надлежащего уразумения истины. Так поступают и теперь многие из христиан, которые не хотят знать здравого учения Евангелия, которые излишним и безумным пристрастием к земному питают свое духовное убожество о «едином на потребу», не могут сносить живого и божественного слова Божия, и если, против воли, бывают тронуты им, то стараются скорее изгладить всякий след этого впечатления.
Св. Ианнуарий, епископ Кампанийской области в Италии, во время гонения на христиан при Диоклетиане, был предан истязаниям за веру Христову. Его бросали в раскаленную печь, но он вышел из огня невредимым. На следующий день его вывели на съедение зверям вместе с другими христианами. Но при этом Ианнуарий и дружина его остались неприкосновенными. Звери с кротостью припали к ногам Епископа, к общему изумлению толпы народа. Предавший на мучения этих христиан правитель Кампании Тимофей не был, однако же, тронут таким явным чудом силы Божией, в духовном своем невежестве он это чудо приписал волшебству.
И вот, как бы в наказание за свое невежество, он в это время ослеп. Но и это не пробудило в нем ни светлой мысли, ни здравого чувства. Тогда Господь, ищущий всегда только спасения грешников, благоволил подействовать на него милосердием. Он дал незлобивому муч. Ианнуарию силу исцелить ослепленного своего гонителя. Но и радость исцеления не смягчила и не умилила очерствелого сердца язычника, между тем как в это же самое время до 5000 язычников, бывших свидетелями чудес, обратились к вере в истинного Бога. И все же, чем более избыточествовала благодать Господня, тем больше злобствовал правитель и предал смерти всех просвещенных Истиною. Все исповедники, вместе с епископом Ианнуарием, были, по повелению Тимофея, отведены за город и казнены мечем (Четьи Минеи).
Вот други, до чего может доходить духовное помрачение человека: при виде явных чудес, через которые обращаются тысячи к вере, языческий правитель остается глух и слеп ко всему происходящему вокруг него.
Вы видите, други, духовное помрачение сопровождается удалением Света, просвещающего всякого человека, и глубоким мраком, темнотою. Кому не страшна эта тьма, кто не ужасается ее? Кто не будет готов бежать из нее, чтобы скорее придти в чудный, вожделенный свет Спасения? Будем понимать и верить, что только Свет Христов, Свет духовный есть величайшее благо, есть совершенство, блаженство. Будем верить и стремиться к Нему, к Свету Христову. Аминь.
1915 г., июня 14 дня.